14
марта

Работал и жил предчувствием будущего

    Редакция   in Интересное

Данилов Кузьма Емельянович«Данилов Кузьма Емельянович родился в 1897 г., Нефтегорский р-н, с. Покровка. Приговорен: в 1930 г., обв.:на основании Постановления ВЦИК и СНК СССР от 1.02.30 г. .Реабилитирован по Закону от 18 октября 1991 г.». (Источник: Книга памяти Самарской обл.).«Школьный музей был открыт в апреле 1994 года. В 1997 году полностью реконструирован. Основатель: Данилов Кузьма Емельянович. Направления этнографическое, народное образование, военно-патриотическое».« В селе Утёвка родилось и жило немало талантливых и энергичных людей, внесших каждый свою лепту в славную историю и края, и губернии, и всей России. Например, огромный вклад в изучение истории села Утёвка внёс местный краевед Кузьма Емельянович Данилов».
Эти сообщения, которые мне удалось отыскать  на сайтах Интернета, объединяет одна и та же фамилия. Упоминание о  школьном учителе села Утевка Кузьме Емельяновиче Данилове впервые  находим и в повести Александра Малиновского «Радостная встреча», который сообщает одну весьма интересную и важную деталь из его биографии. Дело в том, что  как краевед, Кузьма Емельянович много времени потратил на поиски творческого наследия своего талантливого земляка, художника-иконописца  Григория Николаевича  Журавлева.
Имя это  в Утевке хоть и знали,  но чтили только старожилы, которые по рассказам своих родителей, собственным воспоминаниям детства знали, ЧТО это был за человек и какой духовный подвиг он совершил. В центре села маячила ржавыми куполами разоренная церковь, которую приспосабливали то под зерносклад, то вообще забивали досками входы и только ветер да голуби в оконницах беспокоили   это святое убежище, выстроенное надежно, крепко, по уникальному для  сельской глубинки архитекторскому проекту   и  разукрашенное  фресками. Авторство  проекта,  росписей, икон в храме Святой Троицы принадлежит   Журавлеву. Долгое время было забыто и заброшено не только его творческое наследие, но даже могила  у северного крыла церкви никак не была обозначена.
И вот в такие годы глухого забвения - а это начало 60-х годов - простой сельский  учитель, причем числящийся в списках репрессированных, но не реабилитированных, начинает поиски.  Интерес  к этой личности  у Данилова прорезался с наибольшей силой после одного исторического события. В 1963 году в Югославии сербский историк живописи Здравко Каймакович в православной церкви села Пурачиц близ Тузлы обнаружил икону, на оборотной стороне которой имелась надпись по-русски: “Сию икону писал зубами крестьянин, живший в Утевке Самарской губернии, безрукий и безногий. 2 июля 1885 года”.
Здравко Каймакович написал об этом в СССР и через Государственный архив СССР получил подтверждение тех сведений, которые были написаны белой краской на оборотной стороне иконы: иконописец - Григорий Николаевич Журавлев, родившийся в селе Утевка Самарской губернии в 1858 году, действительно был от рождения лишен рук и ног. Вскоре руководитель краеведческого кружка Утевской средней школы Кузьма Емельянович Данилов узнает об этой находке, и между ними завязывается переписка….Писатель   Валерий Лялин на сайте «Литсовет» в своих «Иллюстрациях к саге о безруком иконописце» (© Copyright: Евгений Девиков, 2004 сайт Проза-RU)  рассказывая о том, как он, спустя десять лет, начал заниматься Журавлевым, упоминает в числе первых, с кем пришлось ему встречаться на утевской земле, конечно же, школьного учителя. «Краевед Данилов принял меня, сидя на верхней ступени собственного крыльца, уперевшись широкой спиной в дощатое полотно затворенной двери.,- пишет Лялин.- Я напомнил, что приехал по договоренности с ним посмотреть на собранные им иконы. Он крикнул жене, чтоб выносила. Дверь приоткрылась, и из полумрака сеней женщина стала передавать по одной и забирать у меня иконы через плечо мужа. К полудню церемония закончилась. В коллекции Данилова не было ни одной иконы с подписью мастера, и я спросил, почему он решил, что их написал Журавлев. «Больше некому», - ответил хозяин, поднимаясь, чтобы запереть за мной калитку».
И еще одну важную деталь уточняет исследователь творчества Журавлева Валерий Лялин: «В доме Данилова после смерти его жены юные краеведы нашли только любительские снимки и письма. Пропала даже фотография иконы, прозванной Утевской Мадонной, а сама доска чуть раньше бесследно исчезла из другой семьи, в которой хранилась. Краеведы рвались в погоню, но для розыска им нужна была фотография. Я отправил им фоторепродукцию, присланную мне в свое время бывшим директором их школы».
Каким запомнился мне  Кузьма Емельянович Данилов, многие годы сотрудничавший с нашей газетой и привнесший в изучение истории  поселений  района свою, даниловскую  струю? …Он входил к нам в корреспондентскую неторопливо, раскланивался со всеми и проходил к моему столу. Почему-то в память врезался его  темно-синий  френч полувоенного покроя из добротного сукна. На груди с левой стороны был укреплен какой-то памятный значок. На седой  голове  маячила неизменная фетровая шляпа. Из обычной  дерматиновой сумки извлекалась стопка пожелтевших бумаг. Прежде чем передать их в мои руки, Кузьма Емельянович  по-учительски строго спрашивал, что известно мне, к примеру, об истории села Покровка или Бариновка? В первые минуты я терялась и  как на уроке, начинала оправдываться за невыученный урок, мол, сама-то я не из здешних мест, многого не знаю, но интересуюсь этой темой. Наш посетитель назидательно поднимал указательный палец и сообщал: «У меня  тут вот в записках и набросках есть кое-что интересное для ваших читателей. Думаю, сгодится и для  истории». Почерк у него был какой-то узловатый, но стиль изложения по-учительски четкий и простой, без изысков.
О чем он писал и что изучал, исследовал? Лет пять назад ко мне в руки попала его переписка с музеями Бузулука, Оренбурга, Саранска, Москвы, касающаяся  предшественников первопоселенцев Утевки и его родного села Покровки. Кузьму Емельяновича интересовала переселенческая волна  мордовского народа, заселявшего  в середине 18 века левобережье  реки Самары. И он  пришел к выводу, что самыми первыми  начинали осваивать здешние земли мокши и эрзя, потомки которых сегодня живут в селе Трофимовка.
Обычаи, традиции поселян, возникновение торговли, строительство церквей, открытие церковно-приходских школ, развитие культуры и народных ремесел, а также люди, стоявшие в разные годы у  истоков  сельского учительства, герои гражданской войны, активисты коллективизации, ветераны Великой Отечественной войны - вот далеко неполный перечень  тем и проблем, портретов земляков, которых касался в своих публикациях наш  селькор Кузьма Емельянович Данилов.
Характер у него был  въедливый, порой неуступчивый, настырный и целеустремленный. Всякие лирические отступления  и «красивости» он отвергал категорически, полагая, что исторический материал ни в каких виньетках не нуждается. Он любил конкретику, сам факт, пример, событие, записанное по рассказам очевидцев, но не домыслы и предположения.
Однажды  мне довелось встретиться с вдовой героя Гражданской войны Петра Игольникова. Рассказывая о том, как воевал ее супруг, она с  некоторой досадой упомянула о том, что  отдала Данилову вместе с документами о боевом прошлом  мужа  облигации государственного займа для проверки выигрыша. А когда обратилась к  нему, чтобы забрать  их обратно, то не нашла их в большой пачке похожих облигаций. И грешила на своего односельчанина за это, мол, как мог потерять….
Мне тогда показалось, что эта досада исходила оттого, что в Утевке считали Данилова человеком, накапливающим  чуть ли несметные богатства. Да, он собирал документы, фотографии,  тратил время на записи воспоминаний  старожилов, пополнял экспонатами  школьный музей краеведения. И вот эти так называемые артефакты вызывали кое у кого нездоровое любопытство.  Все, что ушло в прошлое и быльем  поросло, многих жителей окрестных сел по большому счету почти не интересовало. Какой может быть прок от  старой, изъеденной древоточцами  прялки, если она уже не годится  в хозяйстве? А этот чудак   Емельяныч еще и упрашивает передать в дар «эту рухлядь» школьному музею. И отдавали, и дарили, подчищая чердаки и сараюшки, не задумываясь о том, что  этим изделиям нет цены, ибо они бесценны в силу своей уникальности.
Да, согласна я и с Девиковым по поводу безвестной, но, скорее всего, злосчастной судьбы материалов, собранных Даниловым за долгие годы его работы. В силу своего характера  он не сумел до конца своих дней расстаться со своими «сокровищами», а потому и не  торопился передать их (как в свое время ему бескорыстно отдавали другие) в музей школы. Может быть, надеялся на то, что еще продолжит свои изыскания. Но, как мне кажется, просто не решился  доверить свои труды кому-либо, так как  в  последние годы  своей жизни и болезни он редко с кем общался, вел замкнутый образ жизни.
После смерти его прямой наследницей стала  супруга Татьяна, которая на порог не пускала всех, кого интересовала краеведческая работа Данилова. А после ее кончины наследники продали домишко, и новые владельцы свалили в яму все, что собиралось и хранилось десятилетиями как исторический материал. Так ушло в небытие  то, что могло еще пригодиться  юным историкам, краеведам, поисковикам.
Кузьма Емельянович Данилов оставил  свой след на земле - рельефный и глубокий - уже одним тем, что самым первым открыл миру имя Григория Журавлева, что изучил истории многих поселений нашего района.  Он не только показал, что настоящее выше прошлого, но еще и сумел, по меткому выражению Бальзака, вызвать у современников «предчувствие будущего, которое выше нашего настоящего». Именно благодаря его поискам началось возрождение имени и творчества Григория Журавлева.  Жаль только, что все его публикации можно найти только в подшивках нашей районной газеты. И хочется надеяться, что утевские краеведы восстановят и возродят память о своем учителе  Кузьме Емельяновиче  Данилове изданием его работ.

Антонида Бердникова,
Город Нефтегорск.

Читательский комментарий:
«С чувством горечи, в тоже время - гордости, прочла материал о Кузьме Емельяновиче Данилове. Сколько их, таких безвестных краеведов жило и живет на земле нашей, зачастую их окружающие считают как бы блаженными. Трудно людям, особенно, в наше время понимать их жизненный подвиг, не дающий им материальных благ.

Спасибо Вам, Антонида Дмитриевна, за то, что поднимаете такие имена из небытия.

Удачи Вам!
С уважением Галина Маевская
, гл. редактор журнала “Самарская Лука”.