24
марта

Лев Толстой и Самарский край

    Редакция   in Интересное

Могучий как орел,
Бессилия не знавший,
Во тьме ты гордо шел
И факел нес пылавший
И вот - ударил час…
Ты в жизни бесконечной…
Но факел не погас -
И не погаснет вечно!…

Б. Макаровский, Самара, 1910г.

В сентябре 2008 года исполнилось 180 лет со дня рождения Льва Николаевича Толстого. Об его связях с нашим краем имеются разнообразные свидетельства в письмах и дневниках самого Толстого, в воспоминаниях современников, в архивных документах и газетных публикациях.

Самара сыграла немалую роль в жизни писателя, в его творчестве. А для Самарской губернии трудно переоценить значение помощи крестьянам в голодные годы, которую неоднократно оказывал Толстой, привлекая всю российскую и зарубежную общественность.

Впервые Лев Толстой увидел Самарскую землю в мае 1851 года, когда отправился на Кавказ и проезжал мимо Сызрани. Одиннадцать лет спустя, в мае 1862 года, он вновь приезжает в наши края. Год был для Льва Николаевича очень тяжелым: утомительная работа в Яснополянской школе, хлопоты по изданию журнала “Ясная Поляна”, смерть старшего брата - все это пошатнуло здоровье, и врачи рекомендовали поехать в одну из степных губерний на кумыс. Он выбирает Самару, куда приезжает со слугою Алексеем Ореховым и двумя учениками своей школы Егором Черновым и Василием Морозовым. Толстой поселяется в местечке Каралык, в 130 верстах от Самары, где пробыл с 27 мая примерно до 12 июля. Из Самары он пишет: “Путешествие я сделал прекрасное. Места мне очень нравятся…”.

В середине июня Толстой ездил в Уральск к севастопольскому приятелю бывшему там атаманом Аркадию Дмитриевичу Столыпину отцу Столыпина Петра Аркадьевича. Реформы Петра Аркадьевича Лев Николаевич не признавал, о чем и писал ему позднее: “Мне, стоящему одной ногой в гробу и видящему все те ужасы, которые совершаются теперь в России, так ясно, что достижение той цели умиротворения, к которой вы, вместе с вашими соучастниками, как будто бы стремитесь, возможно только совершенно противоположным путем, чем тот, по которому вы идете…”.

Здесь же в Самарском имении, он диктовал привезенному из Уральска писарю статью “Воспитание и образование”, где отвечал Н.Г. Чернышевскому на рецензию о книгах в журнале “Ясная Поляна”.

Зимой 1871 года, в Ясной Поляне, стремясь заинтересовать старшего сына Сергея древнегреческим языком, Лев Николаевич сам занимается его изучением. Результат: прекрасное усвоение языка и сильное переутомление.

Лев Николаевич Толстой вместе с шурином Степаном Андреевичем Берсом и слугою Иваном Васильевичем Суворовым отправляется 9 июня на отдых в самарские степи. И живет там до 28 июля. 23 июня он пишет в письме к жене: “.. То, на что я жаловался, тоска и равнодушие, прошли; чувствую себя приходящим в скифское состояние, и все интересно и ново… Ново и интересно многое: и башкиры, от которых Геродотом пахнет, и русские мужики, и деревни, особенно прелестные по простоте и доброта народа…”. Л.Н. Толстой приходит к решению приобрести землю в Самарской губернии. Отсюда он пишет письмо к А.А. Фету: “…Здесь очень хорошо и значительно все… Если бы начать описывать, то я исписал бы сто листов, описывая здешний край и мои занятия… Край здесь прекрасный, по своему возрасту только что выходящий из девственности, по богатству, здоровью и в особенности по простоте и не испорченности народа”. В его Записной книжке имеются портреты башкир и наблюдения над их жизнью, картины природы.

В сентябре того же года он покупает за 20000 рублей у полковника Н.П. Тучкова в районе сел Гавриловки и Патровки, ныне Алексеевского района Самарской области, 2500 десятин земли, на которых проживало около 2 тысяч крестьян. Отныне он самарский помещик, устанавливается постоянная связь писателя с нашим краем.

И.Н.Крамской  Портрет Л.Н.Толстого 1873 г.

В июле 1872 года Лев Николаевич из Нижнего Новгорода на пароходе отплывает в Самару. В новое имение приезжает на полмесяца, руководит строительством хозяйственных построек, работает над арифметикой для 3-й книги “Азбуки”. В письме к жене отмечает:

“…Что здесь за воздух, это нельзя понять, не испытавши…”.

Летом следующего года вся семья Толстых с С.А. Берсом прожила на самарском хуторе около двух месяцев. Здесь была закончена подготовка к переизданию романа “Война и мир” (он из 6-томного был превращен в 4-томный).

В это же лето Л.Н. Толстой добровольно взял на себя миссию по спасению голодающих самарских крестьян. Несколько предыдущих лет были засушливыми, а неурожай 1873 года грозил самарским крестьянам гибелью. По совету жены Толстой объезжает окрестные деревни. Делает подробную опись 23 дворов села Гавриловка, скрепляя ее подписями священника, старосты и писаря, прилагает к своему “Письмо к издателям”, и вложив свои 100 рублей отправляет в “Московские ведомости”, где 17 августа оно было опубликовано: “…Едва ли есть в России местность, где б благосостояние или бедствие народа непосредственнее зависело от урожая или неурожая, как в самарской губернии…..Бедствие это уже началось, и без ужаса нельзя видеть народ даже в настоящее время, летом, когда только начинается самый бедственный год…. Страшно подумать о том бедствии, которое ожидает население большой части Самарской губернии, если не будет подана ему государственная или общественная помощь. …Выдача денег заимообразно, я полагаю, может скорее составить ту сумму, которая обеспечит пострадавшее население Самарской губернии, и, вероятно, земство Самарской губернии возьмет на себя труд раздачи хлеба, купленного на эти деньги, и сбора долга в первый урожайный год. Граф Лев Толстой”.

Публикация произвела огромное впечатление на современников. Управляющий Самарской казенной палатой и секретарь статистического комитета Е.Н. Анучин писал: “До корреспонденции графа Л.Н. Толстого никому и ничего вне Самарской губернии не было известно, что в ней происходит. Даже есть основание предполагать и больше, что и в самойто Самарской губернии многие ничего не знали, или не хотели знать, что в ней делается и что ожидает ее население. Корреспонденция графа Толстого была громом, заставившим всех перекреститься…”.

Отклики на выступление - призыв Толстого помещали не только центральные и провинциальные российские, но и зарубежные издания. Благодаря ему в Самару потекли пожертвования, составившие в 1873-1874 годах 1 миллион 887тысяч рублей и 21 тысячу пудов хлеба. Эти пожертвования для спасения голодающих, собранные благодаря личному участию самого Толстого, уберегли от смерти несколько тысяч самарских крестьян.

В конце июля 1874 года Лев Николаевич отправляется в Самару вместе со старшим сыном Сергеем, но уже 23 августа они вернулись в Ясную Поляну. В письме от 15 августа к своей родственнице фрейлине графине А.А. Толстой он с радостью сообщает, что “нынешний год урожай огромный по всей Самарской Губернии”.

7 июня 1875 года вся семья Толстых с С.А. Берсом, гувернером и гувернанткой выехала в самарское имение. Сергей Львович Толстой в “Очерках былого” значительными событиями лета этого года считает поездки на ярмарки в Бузулук и Покровку и, устройство в имении Толстых скачек на 50 верст. Лев Николаевич выделил для победителей призы: бычка, ружье, часы и башкирский халат. Толстой увлекается идеей создания в самарских степях конного завода.

В начале сентября 1876 года вместе с племянником Николенькой Лев Николаевич приезжает на несколько дней в самарское имение, а затем отправляется для покупки лошадей в Оренбург.

В 1878 году Лев Толстой увеличивает свое самарское имение, покупая у барона Р.Г. Бострома 4022 десятины. Летом вся семья поселяется там и живет около двух месяцев. Толстой встречается и беседует с местным священником и сектантами-молоканами, принимает приехавшего известного критика Н.Н.Страхова, организует очередные конные скачки с призами. Ездил с семьей на ярмарку в Бузулук.

В 1881 году Лев Николаевич с сыном Сергеем приезжает в поволжское имение и проживает там до 13 августа. Писатель много ходит по окрестностям, ездит верхом, с удовольствием пьет кумыс. В письме к жене определяет свое состояние: “Мне очень хорошо здесь, как может быть хорошо без тебя…”. Но в деревни ему ходить “неприятно”, его потрясает бедность. В следующем письме к Софье Андреевне он с грустью замечает: “Нищета здесь зимой была ужасная; теперь видны следы голода…”. Живя в самарском имении, Лев Николаевич много беседует с поволжскими сектантами: один из дней посвятил собранию молокан в Патровке, побывал у одного из гавриловских сектантов, принимал у себя крестьян и беседовал с ними о противоречиях христианской религии, интересовался учением молокан, присутствовал на их собрании, начавшимся молением, где читали Евангелие. Лев Николаевич побывал на их трапезе, где велась беседа на религиозные темы. Встретился со стариком-пустынником из Бузулукского леса.

В 1883 году 23 мая Лев Николаевич последний раз приезжает в самарское имение и проживает здесь до 28 июня. На расположенном рядом хуторе А.А. Бибикова летом гостило несколько человек, среди них участники революционного движения 70-х годов. О частых спорах с ними читаем в письмах к Софье Андреевне: “…им хочется отстоять право насилия, я показываю им, что это безнравственно и глупо…”. Особенно большое впечатление на Толстого произвел Е.Е. Лазарев, впоследствии послуживший прототипом революционера Набатова в романе “Воскресение”.

2 июня вместе с Алексеевым, бывшим учителем старших детей Льва Николаевича, ныне взявшим землю в аренду у Л.Н. Толстого, едут в Патровку и Гавриловку, где договариваются с крестьянами об условиях сдачи им в аренду земли и долго беседуют с ними о противоречиях религии. Бузулукский исправник доносит самарскому губернатору, что Толстой, “бывая в селе Гавриловка и разговаривая с крестьянами, внушает им”, что “понятия их о христианской религии ложны …… люди, живущие на земле, все равны между собой, никто ничего не должен считать своим, все общее”. Из донесения видно, что подобных бесед у Толстого было несколько. Толстой в романе “Воскресение” описал сход гавриловских крестьян, который он проводил там 12 июня.

Лев Николаевич Толстой и его семья активно участвуют в организации помощи самарским крестьянам в неурожайных 1891, 1892, 1898, 1899 и 1906 годах. В 1891-1892 годах Толстой отправляет в Поволжье сына Льва Львовича, который открыл в Самарской губернии 240 столовых, кормивших более 20000 голодающих. Об устройстве таких столовых сам Лев Николаевич писал: “…Охотников держать столовую, т.е. печь хлебы, готовить, варить, служить обедающим за право тут же кормиться и топиться очень много - почти все дворы…, но т.к. держащий столовую совершенно обеспечен и топливом и пищей, то мы обыкновенно выбираем самых бедных, только бы они были в середине деревни, так чтобы не далеко было ходить с обоих концов. На помещение мы не обращаем внимание, т.к. и в самой крошечной 6-аршинной избе свободно кормится от 30 до 40 человек…”.

Периодически Лев Николаевич помещал в газетах отчеты о том, сколько и от кого он получал денег, и на что они были потрачены.
В феврале 1899 года Л.Н. Толстой, публикует в газете “Русские ведомости” отчет о поступивших к нему пожертвованиях в пользу голодающих в сумме 5480 рублей 15 копеек и их распределении. Вместе с отчетом он печатает полученное из Самары письмо А.С. Пругавина о голоде в Самарской губернии и просил посылать пожертвования непосредственно лицам, занятым распределением средств: князю С.И. Шаховскому или Пругавину А.С.. Оно вызвало большой поток пожертвований. Члены самарского кружка по организации помощи голодающим, тронутые вниманием Л.Н. Толстого к невзгодам самарского крестьянства в апреле 1899 год публикуют в газетах адрес, где выражают ему благодарность от имени населения за то, что “каждое бедствие Самарской губернии всегда неизменно находило отклик в его душе”.

Вернувшись в Ясную Поляну, связи с самарским краем Толстой не прерывал. Он переписывался с самарцами, они часто обращались к нему за помощью. Так, в мае 1897 года к нему пришли самарские молокане, у которых отняли малолетних детей и поместили в православные монастыри. Л.Н.Толстой пишет высокопоставленным особам, в том числе и царю, прося вернуть детей родителям. Бороться пришлось долго и упорно, но в феврале 1898 года 16 детей вернулись в свои семьи.

Самарская жизнь дала много материала Л.Н.Толстому. В 70-е годы, во время почти ежегодных поездок в наш край, создавалась “Анна Каренина”. Самарские впечатления отразились в легендах и рассказах “Волга и Вауза”, “Много ли человеку земли нужно”, “Ильяс”, “Два старика”, в комедии “Плоды просвещения”, в романе “Воскресение”, в статье “Исповедь” и др. В планах Толстого было и произведение, сюжет которого связан с Самарой. В его дневнике от 27 июля 1889 года есть запись о творческом замысле “История самарского переселения - хорошо бы”.
Софья Андреевна Толстая

22 февраля 1901 года Синод отлучил Толстого Льва Николаевича от Церкви.

В связи с отлучением Л.Н. Толстого от Церкви в феврале 1901 года он получил много писем, в которых выражалось ему сочувствие. Пришло такое письмо и из Самары, от сотрудника “Самарской газеты” П. Пятницкого: “Спешу от души пожелать Вам скорейшего выздоровления и многих лет жизни, чтобы еще долго не смолкал мощный призыв к нравственному совершенству, к нравственной жизни. Ныне, когда Запад и Восток наши объяты реакцией со всеми присущими ей следствиями человеконенавистничества и насилия, когда всюду ложь, мошенничество, грандиозные обворовывания своих и чужих как в частной, так и в государственной жизни, когда лозунгом всех, от смертных до правителей, служат лишь барыши, когда всяк озабочен лишь удовлетворением своих низменных инстинктов, когда пожирается все человеческое в человеке, когда спутаны все понятия правды, чести, благородства, когда, кажется, уже все отнято, на чем бы можно вздохнуть умом и сердцем, - человеку, еще не совсем утратившему свой образ, остается в жизни одно - нравственное самоусовершенствование, а призыва к жизни справедливой, нравственной, кроме, как от Вас, ниоткуда не слышно. Так пусть Ваш голос с той же силой многие годы призывает к той нравственной силе, которой не победить никакой реакции, и которой не подавить никакими стараниями, и которая вне власти царей, деспотов, угнетателей и просто злых людей.”.

Лев Николаевич Толстой для своих современников был совестью эпохи. Не были безразличны к жизни, литературному творчеству и общественной деятельности Толстого и самарцы. Самарские газеты публиковали перепечатки работ о Толстом из российских изданий. Немало своих статей и заметок о Льве Толстом помещали и местные журналисты. “Самарская газета” систематически печатала материалы о нем, почти одновременно со столичными публиковала текст романа “Воскресение” и дала подборку суждений зарубежных критиков. А в сентябре 1900 года в этой же газете было напечатано стихотворение местной поэтессы Елены Буланиной, посвященное роману.

Много публикаций о Толстом было в кадетской газете “Волжское слово”.

Публикации самарских газет о Л.Н. Толстом часто вызывали недовольство властей. Самарский губернатор в марте 1902 года жаловался в Главное управление по делам печати на редакцию “Самарской газеты”, помещавшую почти ежедневно перепечатки о графе Л.Н. Толстом из других газет. Редакция знакомила читателей с суждениями писателя о самых различных вопросах. Например, в №13 за 1900 год был напечатан отзыв самого Л.Н. Толстого о романе “Воскресение”: “В нем я пытаюсь выразить то, что давно уже занимало меня; хотел изобразить несколько родов любви: возвышенную, плотскую и любовь еще высшего сорта, облагораживающую человека; в нейто - в этой последней любви - и есть воскресение. Я доволен этим романом, так как высказал в нем то, что занимало меня уже давно”.

Перепечатки делались и из “Самарской газеты”. Так, недовольство члена Совета Главного управления по делам печати Н.М. Пантелеева вызвало то, что “Смоленский вестник” 4 октября 1901 года поместил заметку из “Самарской газеты”. В ней сообщалось, что некто прислал в “Самарскую газету” письмо с обвинением цензуры в пособничестве к распространению в народе сочинений графа Льва Толстого. Автора возмущало то, что в России издают Толстого и что у нас мужики “тянутся на последние гроши” покупать его произведения.

Редакция отказалась напечатать письмо, а по поводу популярности брошюр Льва Толстого в народе заявила, что рада это слышать, как доказательство пробуждения в крестьянах стремления к сознательной жизни. Пантелеева такое заявление редакции возмутило.

В 1908 году в России и за рубежом широко отмечалось 80-летие гениального русского писателя. Но празднование юбилея проходило в напряженной обстановке. Основная причина заключалась в резкой оппозиции Л.Н. Толстого царскому правительству и русскому духовенству. Возможно, этими обстоятельствами объясняется статья С.А. Богушевского “Удивительное равнодушие”, напечатанная 24 августа 1908 года в газете “Голос Самары”. Автор, возмущенный пассивным отношением самарцев к предстоящим народным торжествам, утверждал, что участие в чествовании Л.Н. Толстого, не раз помогавшего жителям губернии, является нравственным долгом Самары, и что по степени “почитания страною своих великих сынов познается ее культурность”.

После статьи Богушевского в самарских газетах стало появляться много материалов о Л.Н. Толстом.

В день рождения писателя вышли специальные юбилейные номера. Так, “Волжское слово” в статье Ф. Сибирского “Великий старец” размышляет о значении его творчества, Н. Чудов пишет о своих встречах с Л.Н. Толстым. В работе Н.К. Миронова подробно излагается биография художника, говорится о росте его популярности как писателя и человека в России и за рубежом. Пишет Миронов и о связи Льва Толстого с нашим краем.

“Волжское слово” опубликовало и много телеграмм, направленных из Самары в Ясную Поляну. Газета писала: “Выпуская юбилейный номер, посвященный посильному освещению Вашего служения миру, редакция “Волжского слова” приветствует Вас, великий художник и мыслитель, и выражает глубокую скорбь, что наша страна не может обратить этот день в торжественный национальный праздник”.

Телеграмму, отправленную от общества взаимопомощи мещан и профессиональных рабочих строительных работ: “Приветствует Вас в день Вашего 80-летнего юбилея, являющийся днем торжества всего культурного человечества; приветствует как великого художника земли русской и как автора статьи “Не могу молчать”".

“Дорогой Лев Николаевич! За правду и свет, которые Вы разносили целому миру, за борьбу с властью тьмы, которая мучила несчастный народ, группа Ваших друзей из Самары приносит Вам глубокую признательность и благодарность и горячо приветствует Вас в день восьмидесятилетней годовщины Вашего рождения.” - “Волжское слово” 29 августа

“Великий старец! Шлют тебе горячий привет дети маленького народа, знакомого твоему сердцу еще со студенческой скамьи. Да продлится на многие годы твоя проповедь любви и справедливости, да прекратятся зверские казни, да уничтожится “великое горе” и да восторжествует на земле начало свободы и братства”. - Чувашские интеллигенты, живущие в Самарской, Симбирской и Казанской губерниях.

Городской голова г. Мясников 28 августа послал Л.Н. Толстому телеграмму: “Вчера Самарская городская дума единогласно постановила Ваш юбилейный день закрепить в памяти граждан Самары навеки учреждением трех стипендий Вашего имени в учебных заведениях; переименовать улицу Москательную, связующую железнодорожный путь с Волгою, в улицу Льва Толстого. Поручив мне телеграммой выразить Вам от лица думы сердечный привет и горячее пожелание еще многие-многие годы силою необычного таланта своего освещать путь к истине и благу человечества”.

Уход Л.Н. Толстого осенью 1910 года из семьи и его болезнь взбудоражили всю страну. С напряженным интересом следили и самарцы за событиями на станции Астапово, где находился больной писатель. Толпы народа собирались у окон редакций самарских газет, вывешивающих телеграммы о здоровье великого художника.

После смерти Л.Н. Толстого, наступившей 7 ноября (по старому стилю) 1910 года самарские газеты напечатали специальные номера, посвященные его памяти. Семье писателя из нашей губернии была отправлена масса соболезнующих телеграмм от частных лиц и от различных обществ. Телеграммы послали: собрания учащихся акушерскофельдшерской школы, самарское биржевое общество, агрономическое совещание, общество поощрения образования, общество вспомоществования нуждающимся ученикам самарского реального училища, группа самарских адвокатов, редакции местных газет и многие другие. Многие из них были опубликованы самарскими газетами, значительная их часть находится в Москве в Государственном музее Л.Н. Толстого. Например, “группа учеников самарской первой гимназии бесконечно скорбит о тяжелой утрате дорогого Льва Николаевича и выражает Вам искреннее соболезнование”. “Присоединяемся к глубокой скорби всего мира о Вашей великой невосполнимой утрате. Совет Самарского отделения С.-Питербургского литературного общества”

В самарских газетах в течение месяца публиковались различные материалы о Л.Н. Толстом. Много было и стихотворений местных поэтов.

После его кончины группа гласных городской Думы предложила назвать привокзальную площадь именем Льва Толстого и установить в Самаре его бюст. Но этому воспротивились самарские монархисты.

Уже давным-давно нет тех монархистов, но нет в Самаре ни вокзальной, ни другой площади Льва Толстого, так любившего самарский край и так много для него сделавшего. Как нет и бюста, хотя, казалось бы, Лев Толстой заслужил и памятник в Самаре.

Список литературы о пребывании Л.Н. Толстого в Самарской губернии

1. Лев Толстой и Самара: Воспоминания, письма, статьи/ Сост. А.И. Мартиновская, М.С. Силина.- Куйбышев, 1988.

2. Афанасьев И.П. Л.Н. Толстой в Самарском Заволжье.- Куйбышев, 1984.

3. Сухотина Толстая Т.Л. Воспоминания.- М.. 1980.

4. Шестаков И.Л. Лев Николаевич Толстой в Самарской губернии// Краеведческие записки.- Куйбышев, 1979.- Вып. 5.- С. 36-41.

5. Толстая С.А. Дневники: В 2-х т.- М., 1978.

6. Шаповалов Е. Рассказы о Толстом.- Куйбышев, 1976.

7. Толстой С.Л. Очерки былого.- 4-е изд.- Тула, 1975.

8. Эйхенбаум Б.Л. Толстой: Семидесятые годы.- Л., 1974.

9. Селиванов К.А. Русские писатели в Среднем Поволжье.- Куйбышев, 1953.

10. Материалы ГАСО

По материалам сайта “Самарская Лука”

samluka.ru