15
Апр

И лично с Пушкиным знаком. История Куйбышева, История Самары

    admin   in Интересное

Более полувека назад в Куйбышеве вышла книга К.А. Селиванова «Русские писатели в Самаре и в Самарской губернии». Одна из ее страничек посвящена «малоизвестному писателю» И.А Второву.Но личность первого самарского литератора оказалась столь интересной, что уже в наши дни привлекла внимание самарского краеведа А.И. Носкова. И не напрасно.

Иван Алексеевич Второв (7.06.1772 – 14.02.1844) – уроженец ныне не существующей деревни Ласкаревка Оренбургской губернии (теперь это Борский район Самарской области). После смерти отца, почтового служащего, семья впала в такую бедность, что мальчика устроилив татарскую школу, ученики которой получали небольшое жалование (стипендию). Судьбу девятилетнего Ивана круто изменил один из родственников в чине майора. Он отвез его в Самару и определил копиистом в только что открытый уездный суд. После дести лет службы в этой должности, Второва перевели в Симбирск письмоводителем к прокурору.

Сам Иван Алексеевич писал в автобиографии, что с десяти лет почувствовал большую тягу к образованию. Изучал словесность, историю, географию, физику, французский язык. Он достиг в самообразовании столь блестящих успехов, что некоторые исследователи его творчества сочли, что Второв окончил Благородный пансион при Московском университете. Успешнее пошла и служебная карьера Ивана Алексеевича. Ему присвоили чин коллежского регистратора, который давал права личного дворянина, и несколько лет он работает уездным судьей в Самаре.

С 1816 года и до своей отставки в 1834 году И. А. Второв служил приставом Илецкого соляного правления, получил орден св. Владимира IV степени и звание потомственного дворянина.

Однако самым важным делом его жизни была все-таки не служба. И даже не литература: он опубликовал в московских журналах менее десяти своих произведений в стихах и прозе. Большую часть свободного времени Иван Алексеевич уделял дневнику, который вел на протяжении 50 лет. Это дневник ценен не только тем, что доносит до нас быт и дух тех лет. Второв часто совершал поездки в Москву, Петербург, Астрахань, Нижний Новгород, Симбирск, Казань, Оренбург. И везде находил пути и возможности познакомиться с литераторами, учеными. Обо

всех встречах он делал записи в дневнике, который широко использовали биографы Лобачевского, Радищева, Пушкина…

Каким же образом провинциальному чиновнику и литератору удавалось познакомиться с лучшими людьми России? Разгадка проста. Иногда оннаходил причину предстать перед ними, иногда ему помогала сама судьба. Например, в 1827 году Иван Алексеевич поехал в Илецкую Защиту (г. Соль-Илецк Оренбургской области) на встречу с управляющим Илецким соляным правлением Г.Н. Струковым. По пути заехал на хутор своей знакомой, у которой гостили супруги Карелины, близко знавшие А.А. Дельвига. Узнав, что Второв вскоре поедет в Петербург, его попросили передать письмо для жены Дельвига. Так Иван Алексеевич получил возможность бывать в доме лучшего друга А.С. Пушкина. Встреча с поэтом произошла26 ноября того же года. В дневнике об этом сделана такая запись: «Я пошел уже во 2 часу к барону Дельвигу. У него застал я Ф.В. Булгарина и Александра Сергеевича Пушкина. В беседе их просидел я до 3-х часов. Последнего желал давно видеть и видел маленькую белоглазую штучку, более мальчика, нежели мужа, и ветреного шалуна по физиономии, но его шутки, рассказы и критика – совершенно пиитические, но мне странно, что он считает дрянью Гнедичеву идиллию «Рыбаки». В 3 часа ушел я, оставя Пушкина у Дельвига».

Пусть не смущает вас такая оценка великого русского поэта никому неизвестным провинциалом. Примерно так же писал о нем писатель и историк М.П. Погодин в октябре 1826 года: «Ожидаемый нами величавый жрец высокого искусства – это был среднего роста, почти низенький человечек, с длинными, несколько курчавымипо концам волосами, без всяких притязаний, с живыми быстрыми глазами, вертлявый, с порывистыми ужимками и приятным голосом… Мы услышали простую, ясную, внятную и вместе пиитическую, увлекательную речь».

Некоторая резкость оценок, видимо, была свойственна Второву. Чего только стоит его запись в дневнике от 5 октября 1820 года.«Кровью обливается сердце, видя ужасный разврат и несправедливость гражданского правления. Кто же управляет? Невежи, грабители, эгоисты. На что ни посмотришь, все выдумывают только, как бы отнять у бедных крестьян продукты трудов их. В каком состоянии теперь выборы? Кто теперь судит и рядит? Ежели есть еще у кого-нибудь и сколько-нибудь патриотизма – с какой горестью должен тот видеть, страдать и терпеть. Достоинство только в богатстве…».

Удивительно. Пробежало едва ли не два столетия, но и сегодня под такими строками подписалась бы любая организация, стоящая в оппозиции к партии власти. И резонно возникает вопрос. Так движется ли вперед в своем развитии наше гражданское общество или вновь отброшено назад, как это не раз бывало в отечественной истории?

Подобные суждения ИванаАлексеевича, знакомство с декабристамиРылеевым, Пановым, братьями Бестужевыми беспокоили его близких. После событий 1825 года они советовалиуничтожить дневник.И автор упомянутой книги К.А. Селиванов посчитал, что, боясь репрессий, «…он уничтожил весь свой архив, где было много выписок из книг Радищева, копий с нелегальных стихотворений».

Нет, Второв этого не сделал. В собрании книг, периодических изданий страстного библиофила действительно были запрещенные издания. «Путешествие из Петербурга в Москву» Радищева, стихи на смерть императора Павла I, рукопись сделанного им перевода французской книги «История императрицы Екатерины II» и т.д.

В 1835 году Второв переехал из Самары в Казань. Здесь с ним познакомился писатель В.А. Сологуб. Позже он писал: «Я познакомился с стариком Второвым в Казани, в 40-х годах, когда я занимался изучением нашей древней и старой журналистики. Узнав, что в Казани есть редкая коллекция русских периодических изданий, я посетил г. Второва и нашел в нем весьма сведущего и почтенного человека».

Иван Алексеевич скончался в Казани на 72-м году жизни. Библиотеку, рукописи, книги он завещал своему сыну Николаю. В 1844 году, уезжая в Петербург, тот подарил все собранное отцом Казанскому губернскому правлению, чтобы «…положить ею здесь основание Публичной Губернской Библиотеке, недостаток которой для нашего города так ощутим».

Дар стоимостью в 12882 рублей не мог быть принят без разрешения высших властей. Оно было получено. Более того, император Николай I выразил дарителю свое «монаршее благоволение».

Несколько слов о сыне Второва, Николае Ивановиче. Он окончил Казанский университет, редактировал Прибавления к Казанским губернским ведомостям, писал фельетоны. В Петербургеслужил в Министерстве внутренних дел, откуда и был направлен в Воронеж на должность советника губернского правления. Здесь он подготовил к печати первую книгу замечательного мастера русского стиха, изумительного пейзажиста Ивана Саввича Никитина. В советские годы он был «хрестоматийным» поэтом, как и его собрат по перу Алексей Васильевич Кольцов.

Николай Иванович был причастен к изданию и второй книги Никитина. А первое посмертное издание в2-х томах сочинений поэта было осуществлено на средства его друзей, в число которых входил и Второв. Тех же пользователей, кого заинтересовалажизнь и деятельность Второвых, отсылаем к прекрасной книге Анатолия Ивановича Носкова «Люди и события культурной жизни старой Самары». Самара, 2002 г.